«Если мэры Лондона, Парижа и Нью-Йорка что-то обсуждают, берлинского среди них нет. Это должно измениться»
Дима Вачедин говорит с кандидатом в берлинские мэры Штеффеном Крахом (SPD).
GENAU и WIR.DE представляет серию интервью с топ-кандидатами политических партий на берлинских выборах. Мы обратились ко всем партиям, у которых есть шанс попасть в берлинский парламент (включая AfD). С теми, кто откликнулся, поговорил главный редактор GENAU Дима Вачедин. Это первое интервью из этой серии (оно было взято за пару дней до выбывания Кая Вегнера из предвыборной гонки).
— Когда в последний раз Берлин хорошо управлялся?
— В последний? Думаю, во времена Франциски Гиффай (была мэром Берлина в 2021-2023 годах, SPD — GENAU). У Берлина всегда дела идут лучше, когда мэр — социал-демократ. После того, как мэром был Эберхард Дипген (мэр Берлина в 1991-2001 годах, СDU — GENAU), он оставил после себя целую гору долгов. Всё это пришлось разгребать Клаусу Воверайту (мэр Берлина с 2001 по 2014 годы, SPD — GENAU). Сейчас у нас мэр, который существенно навредил городу своими решениями. А значит настало время социал-демократам снова прийти к власти.
— Вам не кажется, что мэрское кресло сейчас буквально проклято? Уже десять лет Берлин возглавляют очень непопулярные правительства.
— Непопулярность Кая Вегнера меня абсолютно не удивляет — если принять во внимание, что он натворил за последние полгода. Начиная с тенниса 3 января в день блэкаута и той лжи, которую он распространял после. Затем пришло время скандала с выделением бюджетных средств на культуру. Он вынужден был отправить в отставку сенаторку по культуре, а статс-секретарь, который нес реальную ответственность за этот скандал, до сих пор работает на прежнем месте. Это означает, что мэр не пользуется никаким авторитетом в собственной фракции — они делают за его спиной, что хотят.
Затем Вегнер нанял статс-секретаря по цифровизации, который продержался только два месяца, потому что оказался ни на что не способен — и еще получил солидное выходное пособие. Так что меня вообще не удивляют плохие рейтинги. К тому же Кай Вегнер вообще лишен амбиций. Он блокирует берлинскую заявку на проведение ярмарки Expo, хотя у Берлина отличные шансы на ее проведение. Так что да, берлинские власти — самые непопулярные региональные власти в Германии, и эта ситуация должна закончиться.
— А Берлину правда нужны Expo и Олимпиада?
— Да, мы единственная партия, которая требует и того и другого. CDU хочет Олимпиаду и не хочет Expo. «Зеленые» хотят Expo, но не Олимпиаду. Die Linke вообще ничего не хотят. Мы же говорим, что Берлину нужны масштабные амбициозные проекты.
— Вы ведете предвыборную борьбу и ругаете власти, при этом сами входите в правящую коалицию в Берлине. Нет ли тут противоречия?
— Наши (от социал-демократов — GENAU) сенаторы и сенаторки — это фактор стабильности в берлинском правительстве. Мы за последние пять лет построили больше жилья, чем когда-либо прежде. В этом большая заслуга Кристиана Гэблера (сенатор по строительству, SPD – GENAU). Но люди оценивают весь Сенат целиком и часто судят по его начальнику — Вегнеру. А у него оценки очень плохие.
— Кажется, вы переехали в Берлин в начале нулевых. Что это было за время?
— Это было очень динамичное время. Время смелости и решительности, время больших перемен. Кстати, все это сопровождалось большими финансовыми проблемами. Однако Воверайт смог добиться международной славы и международного влияния Берлина. Это то, что было потеряно во время Вегнера. Кай Вегнер не играет в мире никакой роли: если мэры Лондона, Парижа или Нью-Йорка что-то обсуждают, Вегнера там нет.
— Как вы относитесь к выражению «бедный, но сексуальный»?
— Для того времени это был прекрасный слоган, он навсегда связан с именем Воверайта. Но сколько десятилетий можно его еще повторять? Я не хочу, чтобы город оставался бедным. Мы и сейчас видим бедность среди детей, среди пенсионеров. Мне это не нравится. Мы предлагаем программу роста экономики.
— Я ее читал. Она начинается со слова «anpacken» (взяться за работу). И как спасти берлинскую экономику?
— Сделать ее главным приоритетом. Мы выкатим бизнесу ковровую дорожку. Бизнес должен чувствовать, что его тут приветствуют, что тут ему рады.
Второе — я сделаю отношения с бизнесом своей личной ответственностью. Да, у нас есть сенатор по экономике. Но если в город приезжает глава международного концерна, то моя задача, если я буду мэром, найти время на личную встречу.
Третий пункт — борьба с бюрократией. Мы должны использовать успешные модели других регионов, у которых была та же проблема.
Ну, и бизнес приходит туда, где есть мобильность. Наш аэропорт не выдерживает международной конкуренции.
— Вы бы разрешили авиакомпании Emirates прямые полеты в Берлин?
— Абсолютно. Если бы это зависело от меня, они бы уже завтра к нам летали. К сожалению, тут нужно договариваться с федеральным правительством. Я собираюсь это сделать.
— Вы уезжали на несколько лет работать в Ганновер. Каким вы увидели Берлин, когда в него вернулись?
— Я все равно остался связан с Берлином, тут мои друзья, я почти каждую неделю тут бывал. Но все равно я ощущаю, что горожане разочарованы своими властями — как будто город не работает так, как должен. Вспомним блэкаут или ситуацию с гололедом. Берлинцы потеряли ощущение, что Сенат волнуют их проблемы. Город погряз в грязи.
— Вы говорите, что мусорная компания BSR хорошо выполняет свою работу. Но город при этом все грязнее. Берлинцы сами в этом виноваты?
— Мусор не падает с неба. Мы должны напоминать о собственной ответственности граждан. У меня часто бывало, что я иду куда-то с маленьким ребенком на руках, и не могу сесть в метро, потому что на сиденьях какие-то остатки еды. Это не может быть нормой, с таким отношением надо бороться. И одновременно усилить BSR. Несколько лет назад в Берлине жили 3,5 миллиона человек. Сегодня почти 4. Если BSR нужны дополнительные 20, 30, 40 миллионов евро, то они должны их получить. Бюджет Берлина — почти 45 миллиардов евро. Из них 180 миллионов получает BSR. Даже если им нужны 220 миллионов, то мы можем это себе позволить.
— Этим летом мы пережили период экстремальной жары. Как подготовить город к таким событиям?
— Берлин должен стать более зеленым. Там, где есть зелень, жара переносится легче. Поэтому я не понимаю, как можно было превратить площадь Gendarmenmarkt в каменную пустыню без клочка зелени. Мы уже приняли масштабную программу по посадке деревьев. Мы должны готовиться как к жаре, так и к рекордным осадкам. Тут не поможет говорить «климатическая политика меня не интересует», как это делает CDU.
— Как наладить работу транспорта? То он опаздывает, то просто не приходит.
— Это вопрос инвестиций. В последние десятилетия мы слишком мало инвестировали в инфраструктуру — не только в Берлине, по всей Германии. Нужны инвестиции в вокзалы, в транспортный парк, в трамвайную сеть.
— Откуда взять деньги? Одному только Техническому университету нужно несколько миллиардов, чтобы привести в порядок свои здания.
— Шаг за шагом. С привлечением федеральных средств и частных инвестиций. Мы доказали, что можем делать это, стартовав кампанию по строительству школ. Мы инвестируем в клинику Шарите — там строится самый современный в Европе центр по лечению болезней сердца. Поэтому такие проекты как Expo и Олимпиада и важны — они привлекают инвестиции.
— Что с Темпельхофским полем? Оставляем или застраиваем?
— Он должен быть парком для людей. Как Центральный парк в Нью-Йорке.
— Вы против застройки по краям?
— Я не считаю это хорошей идеей. Такие свободные пространства нужны нам в эпоху изменений климата. При температурах около сорока градусов мы будем рады, что у нас есть такой парк. Это последнее свободное пространства такого размера в центре Берлина.
— А что со строительством небоскребов?
— Я не знаю ни одного мегаполиса без небоскребов. В то же время мне не хотелось бы, чтобы всё вокруг застроили пентхаусами с видом на весь город. Если небоскребы помогут нам решить жилищный вопрос и не приведут к росту цен, я только за.
— Можете коротко объяснить, в чем заключается ваша программа по строительству жилья?
— Мы должны строить. Много строить. Сто тысяч квартир в следующие пять лет. По 20 тысяч квартир в год. Чем больше, тем лучше.
Второй пункт — мы должны добиться восстановления закона и порядка на рынке недвижимости. Уже сегодня существует много правил, однако владельцы квартир не спешат их придерживаться. Мы создадим реестр арендного жилья — чтобы рынок аренды был максимально прозрачен. А уже существующую службу проверки цены за аренду (Mietpreisprüfstelle) мы превратим в полноценный орган надзора, который может вмешиваться и помогать арендаторам снизить плату при нарушениях.
— У меня есть пара вопросов по возможной коалиции. На русском есть выражение «кот в мешке» — если ты сегодня голосуешь за SPD, то непонятно какую коалицию ты получаешь: «левую» — с Die Linke и «зелеными» или более правую с CDU и «зелеными».
— Я отвечу очень четко. Тот, кто выбирает SPD, то выбирает меня в качестве мэра. Это главный вопрос выборов. Либо я, либо Кай Вегнер. А я не знаю никого, кто считал бы его хорошим мэром. Тот, кто хочет альтернативу — идет к SPD. Никому не придется покупать «кота в мешке». Я очень четко сказал, чего хочу достичь — я не обещаю всего, но то, что я обещаю, я выполню. Решение же — за берлинками и берлинцами.
— Некоторые мои друзья с тоской вспоминают красно-красно-зеленую коалицию и желали бы ее повторения.
— Хочешь красно-красно-зеленую коалицию, главное — не голосовать за CDU. А альтернатива — это мы. Но даже у CDU есть сенаторы, которые отлично выполняют свою работу. Катарина Гюнтер-Вюнш — отличная сенаторка по образованию. Сенаторка по юстицию тоже в некоторых областях очень хороша.
— А что с [сенаторкой по транспорту] Уте Бонде?
— Нет. Это катастрофа. От меня вы не услышите о ней доброго слова. Ее транспортная политика идет вразрез с желаниями берлинцев.
— Вы не поклонник ее проекта поезда на магнитной подушке?
— Все можно обсуждать, но поезд на магнитной подушке в Шпандау — это абсурд. Нет, Уте Бонде не является для меня примером хорошего сенатора. Но в конечном итоге все равно все будет сводиться к фигуре мэра. Именно он определяет главные направления политики, он представляет Берлин в федеральном правительстве, он является лицом города. Кай Вегнер не играет никакой роли в федеральной политике. И это проблема. Берлину нужен новый мэр.
Беседовал Дмитрий Вачедин. Интервью в переводе на английский и немецкий можно прочитать у наших партнеров из WIR.DE. Напомним, что выборы в городской парламент Берлина пройдут 20 сентября 2026 года.