Дима: Расскажите, с чего начался проект! Кто к кому пришел и сказал: «Давай сделаем»?
Света: У меня проект начался с опыта безработицы. Я очень долго искала работу, подавала резюме, на которые никто не отвечал, и жутко переживала, потому что знала, что я классная, и люди меня ценили на прошлых местах работы. И вдруг — тишина.
И в какой-то момент мне стало противно от попыток вписаться туда, где тебя не хотят. И я начала поиски своего дела. Идеи были самыми разными — от кафе-мороженого до музыкального агентства. А потом я пришла к книгам, потому что любила их с самого начала и решила забыть все, что было до этого.
Дима: А чем ты до этого занималась?
Света: Я работала в инвестиционно-банковском бизнесе, занималась инвестициями. У меня были проекты на несколько десятков миллионов. А теперь была середина «короны», и я пришла к Лине из Zuckerwattenkrawatten и сказала, что хочу заниматься книгами. И она мне сказала: «Есть еще одна такая сумасшедшая, вас надо познакомить». Так мы познакомились с Ладой.
Дима: Тебе помогает опыт, который ты приобрела в этих больших проектах на десятки миллионов?
Света: Это разные вещи, но опыт точно помогает. Например, я совсем не боюсь цифр. Мне кажется, я перестала бояться сложных вещей. Делала в банке, можно попробовать здесь.
Но, конечно, коммерческий бизнес с капиталом и некоммерческий бизнес, который ты создаешь сам — это небо и земля. Какие активы, пассивы, договорные обязательства — когда ты сам таскаешь коробки с книгами и сооружаешь шкафы, все это нерелевантно.
Дима: Лада, а у тебя как все было?
Лада: У меня все началось с кучи детей и горы книг, которые я очень люблю и которые я перевезла в Германию. В какой-то момент книги заполнили всю квартиру, и я начала их пристраивать в надежные руки. Но книги были такие прекрасные, и так безвозвратно исчезали, что у меня настал момент жадности. Захотелось, чтобы они возвращались. Так пришла мысль о библиотеке.
А так, да, я работала в компании, где жутко выгорела, попала в больницу и задумалась о том, что приносит мне радость. А в Zuckerwattenkrawatten меня свели со Светой.
Дима: Получается, первая книжная полка в «Точке» — это твои книги?
Лада: Первые тысячи книг — да!
Дима: Тысячи?
Лада: Да-да, это было прямо много книг.
Дима: Ну, раз вы организовывали некоммерческую организацию, как я понимаю, то решили привлекать гранты. Но кто в Германии даст грант на то, чтобы дети читали по-русски?
Света: Если честно, мы так не думали.
Дима: Да?
Лада: Мы хотели нести радость и пользу людям. Прямо скажем, без бэкграунда Cветы и без ее дисциплинированного и ответственного подхода, ничего бы не вышло. Потому что мое ощущение было: надо просто собрать много хороших людей, много хороших книг, и это все точно взлетит. А деньги мы где-нибудь добудем.
Света: Ну и все равно, НКО ведь как работает? Ты первые годы набираешь обороты, набираешь кредит доверия. Мы были никто, нас никто не знал. Сначала нам отправляли коробки книг, которые мы не выбирали, шкафы, которые мы не выбирали.
Лада: И мы были счастливы. Ю-ху!
Света: Потом следующий грант — три с половиной тысячи, и мы такие: «Ура!»
Лада: Мы сами в самом начале себе сказали, что если через полтора-два года это не превратится во что-то, что приносит зарплату и позволяет оплачивать наш труд, то мы эту коробочку закрываем — и занимаемся чем-то другим.
Дима: А как вы нашли хорошее помещение?
Лада: Через друзей, как водится в Берлине. Это помещение принадлежит Deutsche Wohnen.
Света: Нам повезло, что «левые» активизировались на тот момент и запустили пиар-компанию против этой компании как против бессердечных капиталистов. А у нас все совпало: мы были женщины-фаундерки, социальная и культурная среда, интеграционный проект и так далее. Сначала они нам отказали, а потом подумали — и согласились.
Дима: То есть они пытались отмыть репутацию?
Света: Да, к сожалению, да.
Лада: Мы зарегистрировались в 2021 году и вообще должны были запускаться в марте 2022-го. Но в феврале случилось то, что случилось.
Дима: А когда вы открылись в итоге?
Лада: В июне 2022-го. В Шёнеберге.
Дима: А сюда вы когда переехали?
Лада: В январе 2024-го.
Дима: А сколько, как вы считаете, вообще детей было в орбите «Точки»?
Лада: Тысячи, тысячи людей. В прошлом году это было около десяти тысяч — это за один год людей в целом.
Дима: А давайте коснемся этой достаточно новой для Германии истории, что ребенку хорошо бы сначала усвоить родной язык в своей семье — и потом ему легче будет перейти на немецкий. Это продвинутая теория, и, кажется, она не всегда была общепринятой.
Лада: Мы это видели это каждый день. Люди приезжали, на первом этапе, когда они не знали языка, то — куда идти? Ты не пойдешь в общественную библиотеку, где говорят на немецком языке. А в «Точке» ты придешь, пообщаешься, тебя услышат, тебе подскажут. И ты, выдохнув, такой: «Ну окей, теперь я могу снова идти рубиться в незнакомые джунгли».
И с детьми происходит то же самое. Они говорят на родном языке, чувствуют себя сильными в этом языке. И из этого состояния «я в порядке» начинают освоение нового, немецкого языка.
В нашей миссии это прописано: многоязычие и миграционный опыт — это суперсила. Если ты силен в чем-то одном, очень важно укреплять человека в том, в чем он силен, а не давить на слабое. И поэтому «Точка» изначально — первые полгода, год — работала абсолютно как центр психологической, справочной, психологической помощи. Просто обнимашки.
Света: Еще надо сказать, что мы с самого начала решили специализироваться прежде всего на современных книгах. За последние 10–15 лет детские книги сильно изменились. Некоторым людям до сих пор кажется, что золотой стандарт — это Жюль Верн и Марк Твен. Но современные книги даже для самых маленьких удивительно разнообразны и отвечают на очень сложные вопросы, которые актуальны для современного мира. Это взрослым сложно, а дети усваивают это очень легко — толерантность, инклюзия, многообразие.
Дима: А как в России детская книжная индустрия пережила войну?
Лада: Это сложный вопрос. В России идет борьба за детские умы. Мы хотим прививать толерантность, гуманизм — такие ценности. Но можно начиная с нулевого возраста транслировать и другое.
Дима: А как вы вообще книги выбираете?
Лада: Вкусовщина. Либо знакомое — проверенное, либо совсем новое. Мы совершенно против того, чтобы детей заставляли читать. Есть правила Даниэля Пенака, среди них: «У тебя есть право не читать, право не дочитывать».
Дима: У вас же есть и книги для взрослых. Это — побочный продукт?
Лада: Дети появляются не сами по себе. Они приходят обычно с родителями и со старшими товарищами. И довольно скоро нам начали задавать вопрос: «Так много прекрасных детских книг, вот бы были такие же прекрасные для взрослых». И так потихонечку, по возможности, мы стали покупать и современные книги для взрослых.
Света: Это еще немножко, мне кажется, такой эгоизм! Я не знаю, как ты, я вот еще когда жила в России, то главный кайф был — пойти в книжный магазин и принести оттуда стопочку книг. Но стопочка книг — это очень дорого.
Дима: Не было у вас каких-нибудь свадеб? Типа «мы познакомились в библиотеке…»
Лада: Нет, хотя нам советовали создать дейтинг-эпп, любовь к книгам объединяет. Но у нас зато получился центр по трудоустройству. Мы знаем немало случаев, когда люди находили работу в «Точке», тут начинались совместные проекты.
Дима: А будут люди читать в ближайшие десятилетия?
Лада: Нет такого вообще вопроса. Будут, будут.
Света: На наших глазах появился интернет, компьютеры, видеомагнитофоны, компьютерные игры. И сейчас, наоборот, все как бы пришло к тому, что всех задолбал искусственный интеллект. Все как-то пресытились. Хочется в руках держать что-то тактильное.
Интервью взято в рамках рекламного сотрудничества с берлинской библиотекой «Точка». Она находится по адресу: Prenzlauer Allee 216, 10405 Berlin. Сайт: totschka-berlin.de/ru